Винсент как сам себе лошадь

van gogh autoritrattoЯ долго подбиралась к Ван Гогу
и все никак не решалась о нем 
написать. Мне в принципе страшно
писать о художниках, тем более 
таких известных, ведь сказано про
них уже черт знает сколько, да и 
не могу я похвастаться особенной
подкованностью в делах живописных. 
Но не сказать совсем ничего о 
взволновавших меня картинах, кото-
рые я увидела месяц назад в Ам-
стердаме, было бы неправильно. 
А сегодня с утра в почте оказалось 
присланное Катей Оаро «письмо от 
Ван Гога» (обожаю такие совпаде-
ния!), и я решила, что это – 
правильный день.

Я долго подбиралась к Ван Гогу и все никак не решалась о нем написать. Мне в принципе страшно писать о художниках, тем более таких известных, ведь сказано про них уже черт знает сколько, да и не могу я похвастаться особенной подкованностью в делах живописных. Но не сказать совсем ничего о взволновавших меня картинах, которые я увидела месяц назад в Амстердаме, было бы неправильно. А сегодня с утра в почте оказалось присланное Катей Оаро «письмо от Ван Гога» (обожаю такие совпадения!), и я решила, что это – правильный день.

Переписываясь постоянно с братом Тео, Ван Гог очень хорошо и подробно «рассказал себя». В этих письмах он часто дотошно описывал свои произведения и прилагал к ним наброски, чтобы лучше объяснить композицию; на мой вкус даже слишком дотошно, но, видимо, это качество вкупе с целеустремленностью, переходившей в упертость, вообще было у Ван Гога доминирующим.

van-gogh-letter

Не могу не процитировать то письмо, которое выбрала для сегодняшней рассылки Катя:

“…Когда что-то в тебе говорит: «Ты не художник», тотчас же начинай писать, мой мальчик, — только таким путем ты принудишь к молчанию этот внутренний голос. Тот же, кто, услышав его, бежит к друзьям и жалуется на свое несчастье, теряет часть своего мужества, часть того лучшего, что в нем есть. Друзьями твоими должны быть лишь те, кто сами ведут такую же борьбу и своим примером пробуждают в тебе жажду деятельности.

Надо начинать такую борьбу с уверенностью в успехе и убежденностью в том, что ты делаешь нечто разумное, как крестьянин, который направляет свой плуг, или как наш друг, который на прилагаемом наброске боронует и даже сам тащит борону. Нет у тебя лошади, значит, ты сам себе лошадь — так здесь поступают многие…

Мне всегда страшно нравились слова Доре: «У меня терпенье вола». Я вижу в них что-то хорошее, определенную убежденность и честность; короче говоря, в этих словах заложен глубокий смысл, они — изречение подлинного художника. Когда думаешь о людях, из чьего сердца выливаются подобные слова, вся болтовня о «природной одаренности», которую так часто слышишь от торговцев картинами, кажется мне мерзким карканьем. «У меня терпенье» — как сдержанно и достойно это звучит!

…«Я не художник», — как можно так жестоко отзываться о самом себе? Разве нельзя стать терпеливым, разве нельзя научиться терпению у природы, видя, как медленно созревает пшеница, видя, как все растет? Разве можно считать себя настолько мертвым, чтобы допустить, что ты уже никогда не будешь больше расти? Разве можно умышленно препятствовать собственному развитию? Говорю все это для того, чтобы объяснить, почему разговоры о том, одарен ты или нет, кажутся мне такими глупыми.

…Мне хочется, чтобы живопись стала твоей навязчивой идеей и вопрос: «Художник я или не художник?» — отошел в область абстракции, а на первый план выступили бы более интересные практические задачи, скажем, как скомпоновать фигуру или пейзаж”.

Прослеживая биографию Ван Гога, поражаешься как раз этой «упертости вола»: только с ней можно решиться на карьеру художника в 27 лет, когда «положено» уже если не быть знаменитым, то хотя бы иметь свою студию и постоянных заказчиков; только с ней можно так методично, следуя своей внутренней логике, перемещаться с место на место: сначала в Брюссель на учебу в Академии, потом в Гаагу на частные уроки, затем в Дренте, изображать крестьян и их быт, позже – в Антверпен, наконец в Париж, подышать артистической атмосферой и впитать новые краски, а оттуда – в Арль, за южной палитрой и из желания создать творческое «гнездо», чтобы очутиться наконец в Сен-Реми-де-Прованс в психиатрической клинике Сен-Поль, куда Ван Гог тоже едет по собственной инициативе.

1200px-Vincent_van_Gogh_-_The_State_Lottery_Office_(F970)

la-chiesa-di-van-gogh-1

7 разных мест за 10 лет и живопись, которая из методичного воспроизведения тяжелого физического труда и крестьянского быта в унылых серо-коричневых тонах становится взрывом красочности и причудливых изгибов. За эти десять лет к Ван Гогу не приходит настоящий успех, но он гнет свою линию с тем же воловьим терпением, стараясь преодолеть комплекс неполноценности, который не мог не возникнуть в отношении своих более знаменитых и модных современников.

Когда смотришь на его картины вживую, оторваться от них не дает энергетика цвета. Да, иной раз они выглядят вызывающе контрастными, иной раз кому-то будет не хватать утонченности рисунка, но страстная энергия жизни перекрывает в них все. Это словно та же самая «воловья упертость», уверенность в праве на существование и самовыражение, которое Ван Гог признает за предметами, фигурами и пейзажем. Все они словно хотят прокричать: смотрите, мы здесь! Словно хотят быть доведенными до предела, выразиться максимально ярко и отчетливо. Поэтому и кипарисы становятся у него такими неправдоподобно кудрявыми, подсолнухи в вазе выгибаются во всех возможных направлениях, а звезды закручиваются в облака – чтобы форма позволила максимально передать жизненную энергию насыщенного, плотного, материального цвета.

notte stellata

Это ощущение особенно усиливалось во мне, когда я рассматривала полотна, созданные во время пребывания в психиатрической клинике. Словно его отчаянная воля к жизни, боровшаяся с болезнью, еще острее воспринимала и передавала энергию мироздания в ее драматичной красоте. И этим я тоже не могу в нем не восхищаться.

campo-di-grano-con-volo-di-corvi

Несколько слов о самом музее Ван Гога в Амстердаме. Мне он понравился намного больше национальной картинной галереи Rijksmuseum. Во-первых, это довольно компактный объем, который можно вполне одолеть за пару часов (для меня – это максимум времени, которое можно провести в музее, после чего начинается текучесть мозга). Очень понятное и грамотное распределение экспозиции по этажам и залам, достаточно воздуха и света, почти нет ощущения толпы (хотя в тот момент там ходили и группы с гидами). Отличный аудиогид с информативным и одновременно лиричным текстом. Конечно, не хватает «Звездной ночи» и других выдающихся работ, хранящихся сейчас в разных точках мира, но в общем и целом полюбить Ван Гога и его сложную красоту жизни там можно.

«Я буду в Лувре с двенадцати, а если хочешь, раньше», – так пишет Ван Гог брату, сообщая ему, что переехал в Париж, и прося о встрече. Как было бы здорово увидеть автопортрет в «Квадратном салоне» в ожидании Тео! Мне кажется, он изобразил бы себя в насыщенных красных тонах, чтобы выразить свое горячее нетерпение окунуться в новую жизнь, атмосферу, в новые планы. «Нет у тебя лошади – значит, ты сам себе лошадь».

Questa voce è stata pubblicata in Senza categoria. Contrassegna il permalink.

Una risposta a Винсент как сам себе лошадь

  1. agranovskyblog ha detto:

    Отлично написано! И – для меня лично – познавательно.

    Mi piace

Rispondi

Inserisci i tuoi dati qui sotto o clicca su un'icona per effettuare l'accesso:

Logo WordPress.com

Stai commentando usando il tuo account WordPress.com. Chiudi sessione /  Modifica )

Google+ photo

Stai commentando usando il tuo account Google+. Chiudi sessione /  Modifica )

Foto Twitter

Stai commentando usando il tuo account Twitter. Chiudi sessione /  Modifica )

Foto di Facebook

Stai commentando usando il tuo account Facebook. Chiudi sessione /  Modifica )

w

Connessione a %s...